На суде Осирис играл роль судьи - самого важного лица для умершего, поэтому в зал суда душу вводил Хор и просил за нее, что обеспечивало благосклонность Осириса Культ Осириса существовал вплоть до прихода христианства, как и мумификация, но культ Осириса - это только часть представлений египтян о загробном мире, другая часть - “Главы о восхождении к свету” или “Книга мертвых”

Итак, культ Осириса с течением времени усиливал свое влияние, его роль в повседневной жизни египтян стала ведущей, ибо Осирис - это то, к чему стремился каждый, т.е. к божественной вечной жизни.

Для древних египтян “Книга Мёртвых” была чем-то вроде Библии для современных христианских фундаменталистов: её воспринимали слишком буквально (особенно в период поздних династий, когда первоначальный смысл книги безусловно затерялся в глубине времени).

Название “Книга мертвых” не отражает точного перевода надписи, звучащей как “РЕУ НУ ПЕРТ ЭМ ХРУ”, что означает “Главы о восхождении к свету”. Но кроме этих глав обычно включают и некоторые другие, поэтому название “Книга мертвых” самое удачное название.

Самое главное в “Книге мертвых” - сцена Суда, ибо Суд в Дуате был тем испытанием, за которым следовало либо наказание, либо награда за праведную жизнь, в виде вечной жизни рядом с Осирисом и родными.

Глава с изображением процедуры Суда шла обычно после двух первых гимнов и предваряла “Главы о Восхождении к Свету”. Она обязательно сопровождалась виньеткой с изображением Осириса, наблюдающего за процедурой взвешивания сердца, и большого сборища богов, которых убеждал в своей праведной жизни умерший.

Хотя виньетки с Судом из разных источников различаются в деталях, общее направление заметно во всех: “Только сердце решит все!” Египтяне считали, что зал Суда - это вся ширь Небес, и на Суде обязательно присутствовало три Совета богов. Ведущее положение в иерархии погребального совета занимал Осирис, как его глава, а в последствии он стал единоличным судьей усопших.

Суд над каждым усопшим в отдельности проходил сразу же после его смерти. Вступив в зал, умерший заявлял, что не совершал грехи, отрицания которых он подробно перечислял.

Количество богов, как и признаний в праведности, было сорок два. Иногда усопший каждое из своих оправданий говорил определенному богу из совета, как бы ответственному за проверку этого вида оправданий.