Маори прибыли на острова в результате массовой миграции, об этом событии сегодняшние их потомки передают как о “прибытии флота”. В те времена на островах жило множество моа. Маори охотились на них ради мяса, и птицы эти были самыми крупными существами на островах. Их воспроизводство было медленным, утверждает Хохштетгер, и охота нарушила равновесие. Они исчезли, и единственным обитателем островов стал человек. Каннибализм стал логическим следствием.
Кто-то менее известный, чем Хохштетгер, выдвинул другую теорию, по которой прибывшие маори застали уже вымирающих моа.
К концу прошлого века все, что было написано о моа, больше касалось разных теорий той или иной школы, нежели конкретных фактов. Те, кто утверждал, что моа вымерли рано, имели значительное число веских аргументов. Многим маори в промежутке между 1840 и 1860 годами показывали кости, и те признали, что они принадлежат именно этим птицам.
Имелось несколько поговорок, в которых фигурировало слово “моа”, типа: “исчезнуть, как моа”. Считается, что это очень старые поговорки. Но тут нужно учесть одно обстоятельство. Когда маори говорят: “Мой дед рассказывал мне…”- не всегда следует воспринимать это; буквально, ибо маори не делают различия между еловами “дедушка” и “предок”. Что касается старого Хауматанги, то он явно приукрашал свои мемуары.
И рассказы Паи-Паи можно воспринимать двояко. Первое: он действительно описал имевшие место события. Второе: он ничего не знал об охоте. Это основывается на факте, что имеется три свидетельства белых и только одно из них подтвердилось впоследствии.
Между тем были обнаружены места, где убивали моа и варили их мясо - там нашли кости, то есть люди и животные несомненно жили одновременно. Осталось доказать - когда? Некоторые ученые считают, что на островах, кроме первых мигрантов “с флота” и маори как таковых, были еще так называемые “охотники на моа”.
Другие их оспаривают, говоря, что именно маори охотились на гигантов. Эту версию опровергают сами маори. Они не хотят верить, что у них были другие предки, и называют “людей с флота” единственными прародителями, хотя маори значительно изменились за прошедшие столетия.
Сегодня, кажется, все правы, хотя, как говорится, откуда смотреть. Значительное число стоянок охотников несомненно принадлежит маори. Некоторые другие явно не их, а иных, ранних мигрантов, не организованных “во флот”, как маори. Жаль, что охотники не умели рисовать и не запечатлевали свои жертвы на скалах, как бушмены.