Семья будет почти уничтожена смертью.

Красные-красные истребят красных.

После событий 1937 г. этот катрен стали относить к истории России, к сталинским репрессиям («сверхкрасные» истребили просто «красных»).

VIII, 80:

Кровь невинных вдов и девиц

Так много зла совершено Великим красным.

Святые образа погружены в горящий воск.

Все поражены ужасом, никто не двинется с места.

В этом четверостишии Нострадамус рисует жуткую картину террора, в частности, гонения на церковь. На роль «Великого красного» лучше всего подходит, конечно, И. В. Сталин.

Рассмотрим, наконец, единственное предсказание Нострадамуса, где есть российский топоним.

III, 95:

(Люди) увидят, как закон Мора придет в упадок,

Перед (лицом) другого, более соблазнительного.

Первым уступит Борис фен.

Через дары и более привлекательный язык.

Борисфен — древнее название Днепра. Строго говоря, трудно сказать, какое государство имел в виду Нострадамус, так как в XVI в. Днепр протекал по территории Речи Посполитой. Законом Нострадамус обычно называет религию, но здесь его можно истолковать в более широком смысле, как учение. Для времени Нострадамуса, не знавшего слова «коммунизм», «учение Мора» было неплохим его синонимом.

Советологи, склонные верить прорицаниям Нострадамуса, давно уже облюбовали этот катрен как предсказание неизбежного падения коммунизма и замены его более привлекательной (рыночной) системой.