С отцом Адрианом встретиться непросто. Как всегда, наплыв посетителей, предупреждения келейника, что «старец не принимает», и напряженное томительное ожидание. Батюшка – один из старейших архимандритов России, уважаемый всей полнотой церковного народа.

Милостью Божией, я уже давно являюсь духовным чадом отца Адриана и по его благословению написал книгу о монархии. С ней я и приехал в Псково-Печерский монастырь. И вот, несмотря на всевозможные препятствия, я уже в келье у старца.   Принял он меня как всегда ласково, обо всем расспросил, поисповедовал и, немного помолчав, сказал то, что потрясло меня буквально до глубины души:

– Намечается восьмой вселенский собор. <…> Если это произойдет, то после собора в храмы ходить уже будет нельзя, уйдет благодать. Если собор состоится, то Китай нападет на Россию…

Во время беседы старец много раз повторял:

– России надо продержаться до весны следующего года.

Батюшка также с горечью констатировал факт, что мы, русские, полностью утратили инстинкт самосохранения и стали равнодушными ко всему, что происходит в жизни.

И это действительно так. Люди пошли по западному тупиковому пути материального обогащения, направив весь свой пыл на потребительство и развлечения… На что мы тратим время и жизнь? Возможно, за эти неподобающие траты Господь в очередной раз нас и вразумляет. Ибо иного способа воздействия на нас уже нет.

Его тихого и кроткого голоса мы не слышим, сердца наши зачерствели от греха и покрылись панцирем окамененного нечувствия. Осталась лишь палка и боль. Мы, христиане, забыли, что являемся представителями Третьего Рима и должны быть просветителями и спасителями гибнущего во грехах мира.   А времени на раздумья осталось совсем немного. Либо мы встанем сейчас на защиту Матери-Церкви, чтобы не допустить рокового собора, либо уже только война всколыхнет нас – как это уже было в Великую Отечественную.  

Но победим ли мы в ней? Не станет ли она для нас карающим огнем с небес за непрерывное отступление от Христа? С этими нелегкими вопросами в сердце я и вышел от духовника. И уже у двери, обернувшись, увидел, как он незаметно, со слезами благословляет меня…